FAQ. Торговля оружием

Отвечаем на распространенные вопросы о мировой торговле вооружениями:

Все знают, что оружие — это товар, причем довольно ходовой. Но далеко не все знают, кто, где и как им торгует, особенно в крупных масштабах. Отличаются ли вооружения и военная техника как товар от, например, бытовых компьютеров или ботинок? Дают ли продавцы оружия гарантию на свои изделия? Как на этом рынке происходит конкуренция? Совместимы ли системы вооружений разных стран мира? Мы собрали эти и другие наивные вопросы, чтобы дать на них ответ.

Дают ли гарантию на оружие?

Безусловно. Гарантийные обязательства производителя на выпущенную им продукцию — одна из основ ведения бизнеса. Кто захочет купить у вас, скажем, танк, если вы не отвечаете за качество его сборки и мало-мальски приличную продолжительность работы?

На разные классы вооружений и военной техники производители устанавливают разные гарантийные сроки, причем они могут отличаться при поставках на внутренний рынок и на экспорт. Например, гарантийный срок на машины и системы зенитного ракетного комплекса С-400 «Триумф», поставляемые на экспорт, может составлять до двух лет.

Так, министерство обороны Китая приобрело такие комплексы с гарантией 18 месяцев на заводской ремонт в случае неполадок. Эти же комплексы поставляются Турции с гарантийным сроком 20 месяцев. Для сравнения, этот же срок для России установлен в два года.

При этом зенитные ракеты для С-400, поставляемые в транспортно-пусковом контейнере, имеют гарантийный срок 10 лет, который может быть увеличен производителем до 20 лет в зависимости от условий хранения.

Стратегические ракетные комплексы РТ-2ПМ2 «Тополь-М» имеют гарантийный срок 15 лет. При этом производитель — Воткинский завод — и разработчик — Московский институт теплотехники — могут продлить срок гарантии этих комплексов до 20 и 25 лет. Такое продление возможно после изучения всех систем комплекса специалистами.

В 2014 году Объединенная авиастроительная корпорация объявила об увеличении сроков гарантии на истребители Су-35С, поставляемые в войска, до трех лет. Ранее гарантийный срок на такие самолеты составлял всего один год.

Поставляемое покупателям вооружение и военная техника — от пистолета до подлодки — проходит выборочные заводские испытания (если речь идет уже о серийной продукции, принятой на вооружение). При таких испытаниях из партии изымается один или несколько образцов техники, которые проходят полный цикл проверок.

Если они эти проверки прошли, вся партия признается качественной и поставляется заказчику. Если образец на испытаниях проваливается, испытания проходит вся партия целиком.

Тем не менее, заказчики периодически получают некачественную или не работающую должным образом технику или оружие. В этом случае покупатель должен подать рекламацию. Это письменная претензия к производителю, составляемая в гарантийный период и описывающая выявленное несоответствие продукции требуемым характеристикам или недокомплект поставленных сопутствующих систем, приборов и инструментов.

В зависимости от типа техники производитель либо забирает продукцию на завод для устранения выявленных недочетов, либо присылает специалистов для проведения ремонта на месте.

Совместимо ли вооружение разных стран мира?

Относительно несложные виды вооружения могут быть совместимы, но в целом с совместимостью все очень сложно.

Например, винтовку ORSIS T-5000, выпущенную в России под калибр .338 Lapua Magnum, можно будет зарядить патронами такого калибра, произведенными в США или Польше. На автомат Калашникова АК-12 с планками Пикатинни можно будет установить тепловизионный прицел немецкого производства. Потому что во всех этих случаях речь идет о своего рода международных стандартах, которые, правда, соблюдаются не всеми и не всегда.

Но бывают и гораздо более сложные случаи. Например, в 2017 году Турция приобрела у России некоторое количество зенитных ракетных комплексов С-400. Первый полк С-400 был поставлен заказчику в 2019 году.

При этом Турция с 1952 года является членом НАТО и закупает вооружения и военную технику, произведенные по стандартам Североатлантического альянса, то есть, преимущественно, по американским (блок был основан в 1949 году в США, и Вашингтон до сих пор имеет серьезное влияние на его развитие и деятельность).

Система противовоздушной обороны Турции выстроена на основе зенитных ракетных и артиллерийских комплексов американского, шведского, немецкого и швейцарского производства, а радиолокационное покрытие системы обеспечивается радарами в основном американского выпуска.

Встроить комплексы С-400 в эту систему пока невозможно — они не смогут обмениваться с ней данными и получать от нее целеуказание. Так что «Триумфы» в Турции работают пока как самостоятельные единицы.

Однако для решения этой проблемы турецкие власти в начале текущего года создали рабочую группу, которая должна будет проработать варианты внедрения С-400 в систему противовоздушной обороны страны. Каким образом это будет сделано, пока не ясно.

Проблема внедрения комплекса в систему противовоздушной обороны не замыкается на обмене данными с радарами и зенитными комплексами западного производства. Турецкие С-400 должны уметь отличать турецкие военные самолеты от военных самолетов других стран.

Для этого российские разработчики создали для турецких С-400 запросчики государственного опознавания в соответствии с натовским стандартом STANAG 4193. Российские системы государственного опознавания («свой-чужой»), поставляемые Министерству обороны России, со STANAG 4193, естественно, несовместимы.

В целом, ничего невозможного нет. Какая-либо страна, если задастся целью и обзаведется соответствующими денежными суммами (а суммы будут немалые), сможет построить, скажем, собственную систему противовоздушной обороны из комплексов, радаров и станций управления американского, европейского, российского, китайского и индийского производства.

Работать такая сборная солянка будет (за деньги разработчики постараются худо-бедно наладить обмен данными между всеми компонентами), но средств на ее создание будет потрачено гораздо больше, чем на создание той же системы только из российских или только из натовских комплексов. Это же касается и всего остального.

При этом создание «зоопарка» из вооружений и военной техники разного производства в рамках вооруженных сил одной страны несколько повышает стоимость дальнейшей закупки вооружений.

Например, некая страна многие годы оснащала свои военно-воздушные силы истребителями американского производства F-16 Fighting Falcon и F-15 Eagle. И тут она решила, что надо пополнить авиапарк российскими истребителями Су-30МК. После покупки этих самолетов возникнет проблема с покупкой боеприпасов — ракеты и снаряды для американских самолетов совершенно не подходят для российских.

Тем не менее, количество стран, имеющих на вооружении такие вот «зоопарки», довольно велико. Например, на вооружении ВВС Индии стоят самолеты советского, российского, бразильского, американского, французского, украинского, индийского, канадского и британского производства.

Так, только лишь парк истребителей Индии включает в себя французские Mirage 2000 и российские Су-30МКИ, британские Sepecat Jaguar и советские МиГ-21, индийские Tejas и советско-индийские версии МиГ-27.

Есть ли конкуренция между продавцами оружия? И если да, то как они конкурируют?

В чистом виде конкуренции на мировом рынке вооружений и военной техники нет, поскольку существенное влияние на проводимые тендеры оказывает политика. Вернемся к той же Турции.

В середине 2010-х годов политические взаимоотношения между этой страной и США начали ухудшаться. Причин тому было несколько, включая взгляды США на геноцид армян на территории Османской империи в 1915 году и попытку военного переворота в Турции в 2016 году. Кроме того, в начале 2010-х годов США отказались продать Турции ударные беспилотные летательные аппараты MQ-1 Predator.

В результате на проводившемся в середине 2010-х годов тендере на поставку турецким вооруженным силам зенитных ракетных комплексов выиграло российское предложение — С-400. К слову, отношения между Россией и Турцией в это же самое время начали налаживаться.

Все вместе — ухудшение взаимоотношений с США и налаживание отношений с Россией — и повлияло на решение приобрести С-400, а не американские Patriot или китайские HQ-8, также участвовавшие в тендере.

Впрочем, отношения между США и Турцией продолжают ухудшаться и сейчас. Кроме того, США в октябре прошлого года приняли резолюцию о признании геноцида армян.

В ответ в декабре прошлого года турецкая сторона объявила о намерении принять резолюцию о геноциде индейцев при колонизации Американского континента. Из-за ухудшения политических взаимоотношений и из-за покупки С-400 США стали угрожать Анкаре вводом запрета на поставку истребителей F-35 Lightning II.

Кроме того, из-за расхождения во взглядах на операцию Турции против курдов на территории Сирии от поставки вооружений в эту страну уже отказались Германия, Великобритания, Испания, Нидерланды, Норвегия, Франция, Чехия, Италия и Финляндия. Взаимоотношения Турции и России также начали ухудшаться из-за войны в Сирии.

Постепенное ухудшение отношений с крупными странами вынудило Турцию приступить к реализации программы импортозамещения, в рамках которой ведется разработка основного боевого танка Altay, семейства беспилотников Anka, истребителя TF-X и некоторых других вооружений.

Но если отбросить политику, то конкуренция между производителями и продавцами вооружений и военной техники проходит на тендерах. Например, какая-либо страна объявляет, что намерена приобрести большую партию истребителей. Если этот тендер международный, то страна рассылает странам, самолетами которых интересуется, соответствующие приглашения принять участие в конкурсе.

Если потенциальные продавцы принимают это приглашение, то к назначенным срокам они предоставляют военным страны-покупателя подробную информацию о своих боевых самолетах. И если, в свою очередь, полученная информация военным страны-покупателя нравится, они приглашают производителей пригнать боевые самолеты для испытаний.

Во время таких испытаний, которые порой занимают несколько лет, военные оценивают, насколько дороги истребители в эксплуатации, насколько удобно ими пользоваться, как быстро можно подготовить для них летчиков, как истребители летают и в чем превосходят своих конкурентов. На заключительном этапе участники тендера называют покупателям свои цены.

Перед завершением тендера военные изучают исходные характеристики и данные об истребителях, полученные во время испытаний, и сравнивают их между собой. Затем на основании этих сравнений и сравнения цен принимается решение о закупке.

Бывает и так, что решение не принимается, военные ничего не покупают, а участники тендера возвращаются по домам. К слову, участие в тендере может проходить за счет потенциального продавца, а может частично оплачиваться будущим покупателем. Тут бывает по-разному.

На самом деле далеко не факт, что по итогам тендера военные купят именно самый дешевый истребитель с самыми лучшими характеристиками. Нередко бывает, что побеждает производитель дорогого самолета с характеристиками похуже.

Даже если политика тут ни при чем, на это бывает другая важная причина. Она называется — офсетная сделка. Это своего рода узаконенная взятка, которую одна страна дает другой.

Такая сделка заключается после основной сделки на поставку вооружений и военной техники. Она предполагает какие-либо бонусы, которые может получить потенциальный покупатель оружия, если подпишет контракт.

Некоторые страны имеют официальные условия для офсетных сделок, на которые продавцу следует согласиться изначально, еще до участия в тендере. Другие страны официально запретили офсетные сделки: США, Великобритания, Эстония, Катар, Финляндия и некоторые другие. Это означает, что производители, желающие продать этим странам свои вооружения и военную технику, не подписывают никаких дополнительных соглашений кроме основного контракта.

Другие страны свои офсетные требования не скрывают. Так, офсетные требования Бразилии — вложение продавцом минимум 100 процентов стоимости сделки в бразильскую экономику. Индия требует реинвестиции в свою экономику 30 процентов от стоимости оружейной сделки, Израиль — 35 процентов, Нидерланды — минимум 100 процентов, Румыния — 80 процентов, а Турция — 50 процентов.

Под реинвестициями обычно понимаются передача технологий, организация местного сборочного производства, создание рабочих мест и подготовка военных специалистов.

В исключительных случаях офсетные сделки могут предусматривать оказание каких-либо необычных услуг. Так, в 1996 году Индия купила 40 российских истребителей Су-30МКИ, получив при этом право самостоятельно произвести и при необходимости реэкспортировать до 150 самолетов такого типа.

В мае 2003 года Малайзия купила у России 18 истребителей Су-30МКМ в обмен на помощь в отправке в космос первого малайзийского астронавта.

В 2012 году европейский консорциум Eurofighter оказал рыболовецким компаниям Омана помощь в загоне крупной морской рыбы на отмели, где ее было бы проще поймать. Эта помощь была оказана в рамках офсетного соглашения к основному контракту на поставку Оману 12 истребителей Typhoon.

Практика офсетных соглашений практически повсеместна, хотя зачастую не афишируется. Тем не менее, если на сделку по покупке оружия не повлияла политика, значит, повлияло богатое офсетное предложение.

Реклама вооружений и военной техники имеет больше имиджевый характер. Дело в том, что для успешной продажи оружия на миллионы и миллиарды долларов банального рекламного ролика «Покупайте наши подлодки» недостаточно.

Доля вероятности того, что страна, состоящая в блоке НАТО, купит подводную лодку российского производства, естественно, стремится к нулю. Зато от такой покупки не откажутся, например, Индия или Вьетнам, которые стандартами и соглашениями НАТО не ограничены. Но ориентироваться они будут не на рекламу, а на все вышеупомянутые соображения.

Кто и кому продает вооружения?

Мировой рынок вооружений и военной техники можно разделить на три сегмента: «черный», «серый» и «белый».

В первом случае продажи оружия осуществляются компаниями или группами людей в обход всевозможных международных соглашений, действующих запретов и без ведома властей. Объем такого рынка относительно невелик и по разным оценкам составляет от 200 до 500 миллионов долларов в год.

«Серый» сегмент более масштабен и превышает 2 миллиарда долларов в год. В этом сегменте поставки вооружений и военной техники производятся тайно, но с ведома властей.

Наконец, «белый» сегмент оружейного рынка наиболее масштабен и его относительно легко отследить. Существует несколько исследовательских организаций, которые занимаются мониторингом «белого» рынка, включая Стокгольмский институт изучения проблем мира (SIPRI). По оценкам этой организации, в 2018 году объем мирового рынка вооружений составил 1,82 триллиона долларов.

Существует также «Регистр обычных вооружений ООН», в который страны — продавцы оружия добровольно могут передавать списки поставленной на экспорт военной продукции.

Торговлей оружием на «белом» рынке занимаются компании, уполномоченные своими государствами, под жестким контролем со стороны властей.

Поскольку фактически оружием торгуют между собой государства, к сделкам не применяются правила Всемирной торговой организации, такие как регулирование торговли тарифными методами или прозрачность торговой политики.

При этом страны руководствуются некими общеполитическими принципами и действующими международными договоренностями. В частности, по резолюции ООН, введено эмбарго на поставки вооружений и военной техники Ирану. Аналогичное эмбарго распространяется на поставки вооружений Северной Корее.

В целом страны — продавцы вооружений обязаны следовать резолюциям ООН, однако нередко по политическим соображениям некоторые государства этого не делают. Поскольку такие сделки со странами-изгоями запрещены, они проходят в рамках «серого» сегмента оружейного рынка. Доказать такие поставки практически невозможно, но они имеют место.

В частности, Китай и Россию подозревают в поставках топлива Северной Корее, которая использует его для развития собственной ядерной программы. Прежде Украину подозревали в поставке ракетных двигателей той же Северной Корее.

Государства могут вводить и собственные запреты на поставку вооружений тем или иным странам — опять же, по политическим причинам. Как уже было сказано, часть стран Европы ввела собственные запреты на поставки вооружений Турции.

В США, крупнейшем в мире поставщике вооружений, действуют запреты на продажу оружия в целый ряд стран, включая Кубу, Тайвань (действует частичный запрет из-за боязни ухудшения взаимоотношений с Китаем), Азербайджан, Северную Корею, Иран и другие государства.

Наконец, в некоторых странах действуют официальные правила экспорта вооружений и военной техники. Например, Швейцария официально не продает оружие странам, которые ведут войну или на территории которых ведутся боевые действия. Япония не занимается экспортом вооружений в страны, где ведутся боевые действия, и государства, представляющие потенциальную опасность для «мира во всем мире».

Во многих странах мира действует запрет на поставку вооружений одновременно обеим сторонам вооруженного конфликта.

Но все же, поскольку правила торговли вооружениями и военной техникой устанавливают государства и государства же являются продавцами оружия, они порой нарушают собственные правила. Обычно такие нарушения происходят в рамках «серого» сегмента.

Отдельно стоит упомянуть правила реэкспорта. Производители вооружений и военной техники в подавляющем большинстве случаев устанавливают условия перепродажи своей продукции. Эти условия указываются в контракте на поставку вооружений.

Например, Россия требует обязательного согласования реэкспорта. Это означает, что если Индия купит у России истребители и захочет их перепродать, скажем, ЮАР, ей придется сначала попросить разрешения. Некоторые страны, как, например, США, во многих сделках реэкспорт запрещают: покупатель не имеет права перепродать американскую военную продукцию.

Может ли кто угодно выйти на рынок вооружений?

Мировой рынок вооружений олигополизирован. Это означает, что на нем действует небольшое число продавцов, конкурирующих между собой, а вход на рынок ограничен высокими барьерами.

Из этого не следует, что небольшие страны не продают военную продукцию другим государствам, но их шансы на то, чтобы занять заметную долю рынка, ничтожны.

Например, в 2018 году военным экспортером стал Кот-д’Ивуар, до этого долгие годы ничего никому не продававший. Страна продала Франции 9 бронетранспортеров Bastion за 1 миллион долларов. Эти машины были поставлены миротворцам ООН в самом Кот-д’Ивуаре.

В поставщиках военной продукции в 2018 году, по данным SIPRI, также отметились Эквадор, Тайвань, Таиланд, Черногория, Чили и Сербия. Годом ранее некоторые из этих стран никому ничего продать не смогли, а часть государств из этого перечня и вовсе не торговала вооружениями на протяжении долгих лет.

Они становятся экспортерами эпизодически — в случаях, когда союзники хотят поддержать их экономически или если дешевле, проще и быстрее купить оружие именно у этих поставщиков.

В остальных случаях выход на рынок вооружений и наращивание доли на нем становится возможным при росте производственных мощностей той или иной страны и ее политического влияния — союзникам или зависимым странам продавать военную продукцию проще, чем кому-либо еще.

Прекрасный пример выхода на олигополизированный рынок вооружений показывает Китай. Долгие годы эта страна была крупнейшим импортером вооружений, но в 2000-х годах сменила этот статус на экспортера.

Так, если в 2003-2012 годах Китай был крупнейшим импортером вооружений, закупившим за этот период иностранного оружия на 21,2 миллиарда долларов, то уже в 2013-м страна стала заметным экспортером, войдя в топ-5 крупнейших поставщиков военной продукции.

В 2013 году Китай занял 5 процентов мирового рынка вооружений. По итогам 2017 года, подсчитали в SIPRI, Китай стал уже вторым по величине экспортером вооружений в мире, отодвинув на третье место Россию.

В 2017 году США, крупнейший продавец, экспортировали вооружений и военной техники на 226,6 миллиарда долларов, Китай — на 54,1 миллиарда долларов, а Россия — на 37,7 миллиарда долларов. В числе покупателей китайской военной продукции — Белоруссия, Алжир, Бангладеш, ЮАР, Египет, Казахстан, Пакистан, Таджикистан, Венесуэла, ОАЭ и еще десяток государств.

Спросом на мировом рынке пользуются китайские беспилотные летательные аппараты, бронемашины, противокорабельные ракеты, зенитные ракетные комплексы, основные боевые танки и подводные лодки.

Правда ли, что Китай скопировал все свои военные разработки?

Военная промышленность Китая во многом развивается своим уникальным путем, чему отчасти способствовал СССР. Дело в том, что Советский Союз активно сотрудничал со множеством стран, чьи режимы сочувствовали делу построения коммунизма, и поставлял им как готовую военную продукцию, так и целые производственные линии.

Многие из этих линий работают и сегодня — в Китае они выпускают преимущественно авиационную технику, когда-то давно спроектированную в СССР. Так, Пекин сегодня выпускает копии советских истребителей Су-27, бомбардировщиков Ту-16, транспортников Ан-26 и многих других.

(Вы можете пройти наш тест «Ан» или «Цзянь» и узнать, способны ли вы отличить китайскую военную технику от российской и наоборот.)

Следует только учитывать, что современные копии советских самолетов, кроме внешнего вида, почти уже не имеют ничего общего с оригиналами: на них стоит современное китайское оборудование, они используют китайское вооружение.

Китайские конструкторские школы по многим направлениям сегодня только развиваются и еще не сформировали своего «стиля». Поэтому конструкторы не стесняются заимствовать чужие идеи и прорабатывать их.

Так появился, например, учебный самолет L-15, похожий на российский Як-130 и итальянский M-346 Master, или истребитель FC-31, сильно смахивающий на американский F-35 Lightning II. Новые китайские авианосцы Type 001A и Type 002 похожи на своего прародителя — авианосец «Ляонин», бывший крейсер «Варяг», купленный у Украины, тщательно изученный и достроенный.

На мировом рынке вооружений щедрость СССР, поставлявшего Китаю производственные линии, иногда играет злую шутку с правопреемницей Советского Союза — Россией. Так, все в том же турецком тендере на поставку зенитных ракетных систем участвовал комплекс HQ-8 китайского производства, копия советского С-300П.

В этом же конкурсе от России на первом этапе участвовал российский С-300ВМ «Антей-2500». Конкурентами китайского и российского комплексов были европейский Eurosam и американский Patriot PAC-3. В 2013 году турецкие военные объявили, что в конкурсе победил китайский HQ-8 (правда, позднее свое решение отменили).

В какой валюте оплачивают сделки с оружием?

Все зависит от того, на каких условиях договорятся стороны. США сделки по продаже оружия совершают в долларах, страны Евросоюза — в евро. Россия долгое время использовала для взаиморасчетов доллары, но сейчас постепенно переводит сделки на расчеты в рублях.

С 1992 года большинство сделок по продаже российских вооружений странам Организации Договора о коллективной безопасности (Россия, Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан) проводятся в рублях, но могут совершаться и в свободно конвертируемой валюте.

Кроме того, ведутся переговоры о переходе на рублевые взаиморасчеты по поставкам российских вооружений между странами — членами Шанхайской организации сотрудничества (включает в себя 25 стран). При этом остальные государства при продаже своих вооружений и военной техники могут получать платежи в своих национальных валютах.

Помимо денежных сделок продавцы военной продукции иногда прибегают и к бартеру. Такие сделки совершаются исключительно по политическим мотивам с дружественными странами.

К этой практике активно прибегал Советский Союз, поставляя Индии истребители в обмен на бананы, а Кубе — военных консультантов, стрелковое вооружение и наземную технику в обмен на сигары и ром. К слову, с 1962 года и почти до самого распада СССР в Союз поставлялось до 10 миллионов кубинских сигар в год.

С некоторыми странами традиции бартера сохранила и Россия. Например, в 1994 году за 18 истребителей МиГ-29 Малайзия расплатилась пальмовым маслом.

В середине 2000-х годов Россия поставила Венесуэле автоматы Калашникова, вертолеты Ми-35, и Ми-26Т, а также истребители Су-30МК, согласившись часть оплаты за них принять в виде права на безвозмездное осушение нефтешламовых амбаров (обширных разливов нефти) и разработку части нефтяных месторождений в долине реки Ориноко.

В 2018 году Россия продала Индонезии 11 истребителей Су-35 в обмен на пальмовое масло, каучук и кофе.

Правда ли, что продавцы оружия ставят «закладки», чтобы его нельзя было использовать против страны-производителя?

«Закладками» называют программные, аппаратные или программно-аппаратные элементы, позволяющие дистанционно включать или выключать военную технику. Конспирологические теории утверждают, что с помощью «закладок» одна страна может отключить вооружения, проданные ранее другой стране.

Например, Россия поставила китайским военным зенитные ракетные комплексы С-300 и С-400. Приятно думать, что война между нашими странами невозможна хотя бы потому, что российские разработчики могут дистанционно отключить аппаратуру этих комплексов. Однако достоверных данных о существовании «закладок» не существует.

Есть версия, что в 1982 году во время Фолклендской войны британская сторона воспользовалась «закладками», установленными в противокорабельные ракеты Exocet, принадлежавшие Аргентине. Якобы лишь благодаря этому не был потоплен британский эсминец «Шеффилд», пораженный такой ракетой.

Боеприпас пробил борт корабля, но не взорвался. При этом из-за работающего двигателя ракеты на эсминце возник пожар, в результате которого погибли 20 человек и получили ранения еще 26. Конспирологическая теория утверждает, что британцы при поддержке французской компании MBDA — производителя ракеты Exocet с помощью «закладки» выключили боевую часть аргентинских ракет.

На самом деле никакие «закладки» ничего не отключили. В 2017 году министерство обороны Великобритании обнародовало часть документов о Фолклендской войне.

В этих документах приводились свидетельства офицеров и матросов «Шеффилда», причем одни моряки утверждали, что Exocet все же взорвалась, а другие — что нет. Получается, что британские военные слыхом не слыхивали ни про какие «закладки».

Более того, выяснилось, что во время ракетного обстрела (по «Шеффилду» было выпущено несколько ракет Exocet — аргентинцы не знали его точные координаты) экипаж корабля откровенно скучал.

Полагая, что эсминец находится за пределами досягаемости Аргентины, экипаж эсминца был расслаблен: дежурный офицер пил кофе и не следил за обстановкой, офицер противовоздушной обороны был уверен, что «Шеффилд» находится за пределами досягаемости аргентинских ракет.

Наконец, радар системы противовоздушной обороны британского эсминца был заглушен радаром другого корабля. Говорить в таких условиях о манипулировании «закладками» не приходится.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>