Французские диверсанты на Крите, 1942г.

Юзер major-colville про небольшую диверсионную операцию на Крите в 1942г. с участием французов из САС.

За основу взят отрывок из книги Э. Бивора «Крит: Битва и Сопротивление». Курсивом мой перевод 23-й главы, прямым шрифтом уточнения и дополнения из других источников.

«Поздней весной 1942г. критские аэродромы стали важным перевалочным пунктом для поддержки наступления Африканского корпуса Роммеля на дельту Нила. Три группы Специальной лодочной службы (СБС) и одна из САС были посланы на остров прервать эти поставки снабжения

Джек Сибар в 1942г. Джордж Джеллико (пуговицы сгруппированы по 2- отсылка к тому, что он числился по полку Колдстримской гвардии). Костас Петракис в 1985г.

Том Данбабин (австралиец, офицер из УСО, игравший главную роль в организации и координации сопротивления на Крите) встретил передовую группу СБС и предоставил им проводников. 

Группа САС состояла из 4 бойцов эскадрона Свободной Франции под командой комманданта (майора) Берже, сурового гасконца, британского офицера по связи капитана графа Джеллико (Джордж Патрик Джон Рашуорт Джеллико, 2й граф Джеллико, сын знаменитого адмирала), и второго лейтенанта (резерва) Костаса Петракиса, критянина из Королевской греческой армии. САС выбрали себе главный «приз» – аэродром в Ираклионе. СБС должны были атаковать цели в Малеме, Кастелли Педиадос и Тимпаки. 

Датой атак была назначена ночь с 7 на 8 июня 1942г.

Дэвид Сазерлэнд из Черной Стражи, возглавлявший группу Тимпаки, был взбешен – оказалось, что аэродром поврежден и временно не используется. Находясь на южном побережье Крита, он был слишком уязвим для авианалетов из Египта. Группа Малеме столкнулась с прямо противоположным разочарованием. Их цель, c оградой под током, слишком хорошо охранялась чтобы пытаться проникнуть. Группа Малеме состояла из 2 человек- капитанов Майкла Кили и Джеймса Элота, высадившихся с греческой ПЛ «Папаниколис». Не ясно, почему их так мало, или по обыкновению, не упомянуты местные проводники и партизаны.

Зато Кастелли Педиадос стал классической диверсионной операцией «как в учебнике». 5 самолетов и около 200 тонн авиационного горючего и других припасов были уничтожены 9 июня бомбами с замедленным взрывателем.  Руководил группой Джордж Дункан из Черной Стражи, в нее входили еще два СБСовца и греческий жандарм Василис Драмонданис. На месте им помогали 3 критянина.

Ираклионская операция же столкнулась с трудностями сразу в начале и в самом конце. Высадившись на дингах (тузики, маленькие шлюпки. По другой версии было 3 надувных лодки) с греческой подлодки «Тритон», затем пробираясь по острову, сасовцы потратили гораздо больше времени, чем было запланировано изначально. Высадка была запланирована в районе Картероса, но реально они попали в залив Малии. Они достигли аэродрома слишком поздно, 12 июня, и столкнулись с непредвиденными обстоятельствами - немецкие самолеты были на ночном рейде. Нападение перенесли на следующую ночь, 13 июня. Группа Берже, перерезав колючую проволоку, заложила заряды на 20 Юнкерсов-88.( Использовались «бомбы Льюиса»). Большинство из них были повреждены или полностью уничтожены. В царящей неразберихе (одновременно шел налет британских ВВС), диверсанты скрылись и, торжествуя, двинулись через горы на южное побережье Крита.

Карта движения группы Джеллико-Берже. Синими квадратами обозначил места аэродромов. Пунктиром- маршрут высадки по плану. Внизу пример карты с ошибками- перепутаны Кастелли, неверно написано Тимпаки.

На следующий день немцы казнили 50 критян-заложников, включая бывшего генерал-губернатора, 70-летнего Тито Георгиадиса, и евреев, все еще находившихся в тюрьме. Первоначальная эйфория от удачного рейда сменилась яростью. Причем и против англичан тоже, несмотря на то, что само критское Сопротивление никогда не прекращало нападать на немцев. Что ж, боевой дух, особенно под оккупацией, вещь изменчивая. 

Французские сасовцы пришли в ужас, когда лейтенант Петракис рассказал им новости о расправе, после того как сходил в ближайшую деревню за припасами. Ближе к конечной точке их марша на юге, группа разделилась. Джеллико и Петракис оставили четырех французов готовить еду и отдыхать, а сами пошли договариваться об эвакуации. Вернувшись забрать их, Джеллико обнаружил, что критяне предали и раскрыли место их тайной стоянки ближайшему немецкому гарнизону. Один французский стрелок (chasseur) был убит, Берже и двое других взяты в плен, когда закончились боеприпасы. Французы сумели избежать расстрела, так как Берже сумел убедить пленивших, что такая же участь тогда будет ожидать пленных немецких офицеров в Каире. Конец войны он встретит вместе с Дэвидом Стирлингом в замке Кольдиц. 

Атаки на аэродромы Ираклиона и Кастелли Педиадос привели к уничтожению 26 самолетов, а также различного оборудования и запасов. Примерно 10  немецких солдат погибло. (Встречается и цифра 12 погибших немцев – но возможно, это не точное число, а оборот речи. Мы, округляя, говорим «десяток, пара десятков»- англичане «дюжина, пара дюжин»). Они вовсе не «привели к смерти около 100 вражеских солдат», как было написано в одном отчете. Уцелевшие после рейдов эвакуриовались (23 июня) с пляжа близ Трипити на каике «Porcupine» (Дикобраз), вместе с  Сатанасом (Антонис Григоракис, один из известных деятелей критского сопротивления), серьезно больным и вскоре умершим от рака в Александрии, и другими критянами. Они приплыли в Мерса-Матрух в самый раз - всего за несколько часов до его захвата Роммелем». Похоже, точек эвакуации было больше одной- Трипити находится на юго-западе острова, а группа Джеллико-Берже отступала на юг от Ираклиона.

Чуть подробнее о составе французов в этой операции. Помимо Жоржа Берже там  были капрал Жак Муо и  стрелки-парашютисты Пьер Леостик и  Джек Сибар.  В «Истории СБС» Паркер описывает рейд на Ираклион. Во время разведки диверсанты насчитали 66 самолетов. К несчастью, патруль заметил место, где они разрезали проволоку. К счастью, в этот момент начал бомбежку «Бленхейм», как раз во время посадки 3х «Штук». Началась паника и неразбериха. Это позволило сасовцам заложить бомбы, но они начали взрываться еще когда бойцы находились внутри периметра. Но с непередаваемой крутостью, они нагло вышли прямо через главные ворота, в темноте пристроившись к немецкому патрулю, после чего разделились и исчезли в кустарнике. Предавшего их критянина нашли позже с пулей в голове. Круто и красиво, только вот чуть ранее Паркер пишет, что в одном только Кастелли погибло 70 немцев, что сразу показывает, как некритично он относится к информации.

Пьер Леостик. На первом фото- второй справа.

Во время последней перестрелки погиб 17-летний Пьер Леостик.  Остальные французы попали в лагерь Офлаг –ХС в Любеке. Впрочем, Берже, как уже указывалось, закончил войну в Кольдице- туда отправляли несломленных  беглецов, где и встретил своего командира. Сибар написал книгу «Mission en Crète». Я видел ее в Ираклионском историческом музее, но так как она на французском и греческом, в отличии от других книг этой же серии, не купил.

Д. Джеллико (1918-2007) получил за эту операцию орден «За выдающиеся заслуги». За годы войны он успел послужить в различных спецчастях- коммандос, САС, СБС, одновременно будучи членом Палаты лордов (с 1939), закончил войну бригадиром. После войны перешел в МИД, стал политиком, министром и тд.

Помимо 50 расстрелянных заложников, еще 3 июня, было казнено 12 жителей Ираклиона. В их память названа улица 62 мучеников в столице Крита. Лейтенант Костас  Петракис в честь погибшего Пьера назвал своего сына.

ПС. В Википедии данная операция называется «Albumen» (Белок), но в книгах это название относится к похожей операции 1943г. То ли так назывался долгосрочный проект борьбы с немецкими аэродромами на Крите, то ли просто кто-то когда-то ошибся и пошло-поехало. Вообще много противоречивостей и неясностей. Уже привычная путаница с именами – Костис или Костас, и названиями – Тимпаки-Тимбаки и тд,  количество участников, да и с географическими названиями явные несостыковки. Часто путают Кастелли (Киссамос) на западе острова, и Кастелли Педиадос на юго-востоке от Ираклиона. Там с 1940г. был военный аэродром, а сейчас построен гражданский аэропорт. Так что речь идет, скорее всего, о нем.

Новые факты и подробности – даже если сделать скидку на некоторые преувеличения и приукрашивания, характерные для военных мемуаров, довольно интересные и напоминающие по духу «Пушки острова Наварон».

Как сказал Джордж Джеллико спустя многие годы (в 1981г.) эти «Свободные французы» были «очень, очень свободными и очень, очень французами».

Бристоль "Бофайтер" над Мальтой, 1942г.

Бристоль “Бофайтер” над Мальтой, 1942г.

К тому времени они были достаточно опытными бойцами, прошедшими Африку, Палестину, Ливию и Сирию, но в Кабрите французы с энтузиазмом включились в тренировки для лучшего вливания в САС. Во главе стоял суровый харизматичный гасконец коммандант (майор) Жорж Берже.

Коммандант Берже в 1942г.

Коммандант Берже в 1942г.

От англичан к ним приставили капитана Джорджа Патрика Джона Рашуорта Джеллико, 2го графа Джеллико, сына знаменитого адмирала, чей прекрасный французский делал его идеальным советником и другом.

К маю 1942г. командование решило, что тренировки и боевое слаживание группы уже достаточны для проведения реальных спецопераций. Как раз намечался рейд на критские аэродромы Кастелли Педиадос, Тимбаки, Малеме и главную цель – Ираклион, чтобы ослабить авиаудары по конвоям Александрия-Мальта. Одновременно планировался удар еще по 7 немецким и итальянским аэродромам в Киренаике.

Планирование конкретных действий было поручено непосредственным исполнителям – офицерам САС и СБС. Джеллико также был координатором связи с Флотским командованием. Берже и Джеллико шли в одной группе, поэтому и планировали вместе, но француз явно тянул на себя одеяло. Из 30 человек он сам выбрал четверых для задания. Капрал Жак Муо и стрелки-парашютисты Пьер Леостик и Джек (именно Джек, а не Жак) Сибар.

В рамках подготовки группы были переброшены в Александрию. Как курьез – во время некоторых ночных тренировок они сбегали к греческим подружкам Джеллико. Наверное, для совершенствования греческого языка и навыков общения.

5 июня 1942г. пятеро спецназовцев погрузились на борт подводной лодки Греческого флота «Тритон». К ним присоединился лейтенант греческой армии, критянин по происхождению, Костас Петракис. Каждый нес по 30кг снаряжения – взрывчатка, еда, боеприпасы, различные мелкие гаджеты. Оружие – пистолеты Кольта 45го калибра, пистолеты-пулеметы Беретта, доработанные Берже для большей компактности, кинжалы, по две ручных гранаты.

Костас Петракис

Костас Петракис

Греческая лодка французской постройки 1920-хгг была маленькой и не рассчитанной на перевозку пассажиров. К тому же сейчас на ней были люди разных национальностей – разные языки и культурные традиции… В общем, там было не комфортно, но команда тепло встретила своих недолгих соплавателей, все старались помогать, прекрасно понимая, что им предстоит. Те же, тем временем, изучали карты, аэрофотосъемку и другие детали плана и, особенно, пароль для местных агентов «Я капитан Манолис».

После 5 дней плавания «Тритон» достиг северного побережья Крита. Джеллико оглядел его в перископ, после чего лодка стала опускаться на глубину до часа «Ч». Неопытным в морском деле спецназовцам это показалось пыткой. Переборки были задраены, разделив людей по отсекам, страшное давление на барабанные перепонки, полная тишина команды, так что были слышны звуки винтов кораблей на поверхности. Стрелка глубинометра застыла на 42 метрах. И мысль, что придется выходить через торпедные аппараты…  Наконец тягостное многочасовое ожидание завершилось.

10 июня лодка всплыла и высадила десант у Картероса. Дальше, чем планировалось, что создало лишние проблемы. Обе резиновых лодки захлестывало водой, приходилось вычерпывать. После нескольких часов борьбы с волнами диверсанты, наконец, высадились на пляж. Разгрузив лодки, солдаты нагрузили их камнями, затем Джеллико и Муо, раздевшись, отплыли на несколько сот метров и порезали, чтобы затопить. Тем временем, стало ясно, что они не только потратили больше времени, чем планировалось, на высадку, но и оказались не там. Потеря времени и далекий маршрут с нагрузкой – большая проблема. Из хорошего – их быстро нашли местные критяне, которые ничего не упускали из виду.

В ночь с 12 на 13 июня, они, наконец, достигли аэродрома и стали подползать к проволоке. Но тут их едва не заметил патруль. Его легко можно было уничтожить, но это привело бы к провалу операции. Пришлось незаметно отойти и вновь потерять время. На следующую ночь Джеллико и Берже лично сходили на разведку. На базе стояло около 50-60 бомбардировщиков.

И вновь патруль. Не заметил…  нет! – внезапно последний солдат повернулся и окликнул их. Муо, с удивительной находчивостью и талантом, перевернулся на спину и стал весьма убедительно и противно храпеть. Немцы, преодолев брезгливость к грязным пьяным критским швайне, валяющимся по канавам, прошли мимо.

Диверсанты стали резать проволоку. И снова приближается патруль. Но внезапная удача – два «Бофайтера» начали бомбежку именно в этот момент. Шум и неразбериха позволили добраться до одной из групп самолетов на поле. Было заминировано 19 Ю-88, 1 Ме-109, 1 Дорнье и 1 Физелир-Шторьх Фи-156, плюс несколько грузовиков. Покинули аэродром они по уже описанной версии – пристроились к немецкому патрулю, выходящему через западные ворота (но не главные – те были на севере) и затем растворились в темноте.

Когда стихли последние взрывы, стало ясно, что операция удалась. Берже сиял. Он сказал: «Муо, Сибар, Леостик, и ты тоже, Джеллико, вы получите «Военные кресты». Сибар – можешь считать себя капралом с сегодняшнего дня».

После чего отряд двинулся в путь, на юг, к точке эвакуации. Вел Берже. Но через некоторое время Джеллико показал Сибару на Полярную звезду. Тот понял с полуслова – они идут не туда, на север. Но когда это прозвучало вслух, коммандант взбесился: «Если такой умный – веди сам!».

Впрочем, потом, он назначил привал и отправил Петракиса на разведку. Через пару часов тот вернулся с двумя местными – отставным военным и его женой. Они принесли кабачки и улиток, еда пришлась очень кстати. Но новости были ужасающие – немцы расстреляли 50 заложников в отместку за рейд.

Отряд продолжал двигаться на юг и 15\16 июня достиг деревни Каркадиотисса. На рассвете Петракис как обычно ушел за новостями и вернулся с пастухом. Он зарезал одну из своих овец – большая жертва и честь! Пока они готовили ее, к ним присоединилось еще двое молодых критян, обещавших пойти с ними.

Следующая ночь, с 16 на 17 июня. Проблема – двое критян, теперь знающие примерный предполагаемый маршрут, сказали, что передумали и не хотят идти дальше. То есть будет два человека, которые могут предать диверсантов – случайно или намеренно! Берже был в ярости и решил убить их. Выхватив пистолет, он поставил критян на колени. Минута была ужасная, хладнокровно расправиться с безоружными людьми, с которыми только что разделял труды и еду, многим это не понравилось. В конце концов, с помощью переводчика Петракиса, удалось договориться, что они и дальше будут их проводниками. Петракис и один из крестьян сходят в деревню к родственникам и предупредят, что они не вернутся этой ночью. Второй останется в лагере и будет убит, если те не вернутся через 20 минут. Вернулись. Проблема была решена, к тому же все сошлись на том, что критяне люди чести и слова, не предатели.

Рассвет 19 июня. Берже и Петракис вернулись из деревни Апессокари, где жила сестра последнего, с разнообразной снедью: курица, сыр, огурцы, хлеб. Джеллико давил руками черные оливки на подрумянившуюся курятину. Сытно поев, они легли отдыхать. Тут их нашли еще крестьяне, предложившие принести еду и вино. Но Берже насторожился, ему не понравился покрой их одежды. Петракис  тоже не узнал их, но так как он давно покинул свою родную деревню, это могли быть действительно приезжие.

В 15.00 Сибар разбудил, как и планировалось, Берже. Но тот внезапно изменил планы и послал на встречу в Кротос Джеллико (как имеющего статус) и Петракиса (как местного). Те ушли, и все сделали, но после Петракису отказали ноги, и Джеллико вернулся к французам один. Но никаких следов своих товарищей он не нашел. Он обошел долину из конца в конец, ушел в соседнюю, затем вернулся. Уже светало, и он понял, что не мог ошибиться. Это была та самая долина. Наконец, он нашел некоторые вещи, но как-то слишком подозрительно аккуратно положенные. Подошли несколько критян. Джеллико не знал языка, но по жестам понял, что они убеждают его как можно быстрее уходить.

Французы были преданы. Как выяснилось позже, один из тех приезжих критян отправил своего сына в Тимбаки предупредить немецкий гарнизон. Примерно в 19.00 когда они уже собирались выступать, Берже внезапно закричал: «Берегись! Мы окружены!». Солдаты бросились в сквозную пещеру в одной из окружающих лагерь гор и заняли оборону. Берже и Муо с западного конца, а Сибар и Леостик с восточного. Немцы точно знали место лагеря. Загремели выстрелы. Пули рикошетили от скал и камней, горное эхо от выстрелов многократно отражалось, было трудно понять, откуда точно стреляют. Леостик закричал: «На юг, там никого нет!». Но Сибар видел, что там тоже немцы. «Нет, Пьер, нет!», но было поздно. Леостик уже метнулся в ту сторону, короткая очередь тут же сразила его. Сибар слышал, как тот простонал «Мама, мама», затем раздалось еще несколько выстрелов. Пьеру Эжену Эммануэлю Леостику из Розендаля (Дюнкерк) было всего 17.

Леостик второй слева в среднем ряду.

Леостик второй слева в среднем ряду.

Понимая, что они окружены превосходящим противником, а боеприпасы заканчиваются, французы приняли решение сдаться. Немцы тут же стали их допрашивать. «Вас было шестеро, где остальные? Вы солдаты Де Голля, вы террористы – вам капут».  Но, в конце концов, на месте французы не были расстреляны, и даже пытки к ним не применялись. 2 июля их отправили в Италию.

Джеллико тем временем вернулся обратно на место встречи. Туда же через несколько дней вышел и Дэвид Сазерлэнд.

Дэвид Сазерлэнд, 1942г.

Дэвид Сазерлэнд, 1942г.

Его рейд закончился неудачей. Аэродром оказался пуст, им пришлось убивать время, сидя в пещерах и страшно страдая от блох. 23 июня пришел HMS «Porcupine» (Дикобраз) –на самом деле, небольшой траулер, под командой целого лейтенант-коммандера Королевского военно-морского добровольческого резерва Джона Кэмпбелла.

"Дикобраз" собственной персоной.

“Дикобраз” собственной персоной.

Он высадил знаменитого в истории критского Сопротивления человека – Патрика Ли Фермора с его радистом и забрал остатки участников рейда в Мерса Матрух. «Я Пэдди Ли Фермор. А кто вы?» – «Джордж Джеллико. Удачи!» – успели обменяться они репликами, пока плыли на надувных лодках в разные стороны. Множество критских партизан и примыкающих так же пытались погрузиться на судно, но им не хватило места.

По оценкам разных авторов, в результате рейдов было взорвано 26 самолетов, 15-20 грузовиков и разного рода припасы, что то ли повлияло, то ли не повлияло на снижение интенсивности бомбардировок морских конвоев. Но все признают героизм участников и то, что потеря Берже и его соратников была серьезной утратой для войск спецназначения.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>