“Классный” принцип формирования индийской армии – британские корни

На сегодняшний день 70 % пехотных частей индийской армии формируется на “классной” основе (класс-юнит), то есть в них набираются представители определённых религиозных, этнических или кастовых групп Индостана. Именно такая группа обозначается в словаре индийских военных как “класс”. При этом армейское понятие “класс” может включать в себя ряд различных этнолингвистических групп (народностей), например “горкхи”, включающие гурунгов, магаров, рай, лимбу, сунваров, тамангов, тхакуров и четри.

Некоторые из пехотных полков, как Сикхская лёгкая пехота, Гархвальские стрелки, Кумаонский полк или все горкхские части являются “одноклассными” (сингл-класс). Больше полков носят характер “фиксировано-классных” (фиксед-класс), когда в них набираются представители определённых групп в чёткой пропорции. Так в каждом батальоне Пенджабского полка имеется 2 роты сикхов и 2 роты догров, в каждом батальоне Бихарского полка 2 роты набираются из бихари, а 2 роты – из адиваси (горных и лесных племён) Бихара, Джарканда, Чаттисгарха и Ориссы.

“Классный” принцип формирования армии восходит к временам Британского Раджа. После подавления Индийского национального восстания (он же – Мятеж) 1857 года, британцы пришли к выводу, что одной из причин восстания было то, что при формировании частей армии Ост-Индской компании вместе смешивались разные этнические и религиозные группы. В результате индуисты, мусульмане и сикхи теряли “в изрядной мере свои расовые предрассудки и начинали вдохновляться одним общим чувством”.
Выход нашли, в том числе, и в переходе к формированию частей на “классной” основе. Во многом для того, чтобы, как прямо сказал министр по делам Индии Чарльз Вуд в 1862-м, “сикх мог стрелять в индуса или гуркха и наоборот без всякого стеснения”.

В 1864 году начался перевод индийских частей на “классный” принцип формирования, точнее тогда его именовали “расовым”. Попутно была создана и псевдонаучная теория “воинских рас”, согласно которой жителям Индии в массе воинственность не свойственна, и лишь некоторым группам населения самой природой предопределено быть воинами. Окончательно теория была сформулирована генерал-лейтенантом Фридриком Робертсом, барон Кандагарский, командовавшим Индийской армией в 1885–1893 годах. Всего в список “воинских рас” было включено 27 народностей Индостана.

Надо отметить, что уже тогда данную теорию оспаривали ряд видных британских военных. Так, на парламентских слушаниях в 1879 году предшественник Робертса Фридрик Хейнс заявил, что “мадрасский сипай, при соответствующем обучении и дисциплинированности, ни в чём не уступает представителям воинских рас”. Противником теории был и великий философ Джон Стюарт Милль, но эту битву, как и прочие свои индийские битвы, он проиграл.

К 1892 году переход на “классовый” принцип формирования индийских частей был завершён. Часто встречающееся мнение, что принадлежность к “воинским расам” определялось лояльностью колонизаторам во время Мятежа 1857 года, не совсем верно. В список попали как сохранившие лояльность раджпуты и сикхи, так и бывшие одной из главных сил мятежников маратхи. Зато “воинскими расами” не стали неприкасаемые махары и чамары, верой и правдой служившие британцам.

С тех пор состав британской Индийской армии оставался неизменной – пенджабские мусульмане, сикхи, пуштуны, гуркхи, раджпуты, догры, гархвалы, кумаоны, джаты и маратхи, и совсем чуть-чуть “прочих”. Пропорции могли меняться – так в 20-е годы, по мере роста национально-освободительного движения и активного участия в нём сикхов, в Пенджабе стали предпочитать сикхам местных мусульман. В 30-е годы Пенджаб с 6,5 % населения Индии давал 54 % численного состава армии.

Деятели Индийского национального конгресса активно выступали против такого формирования армии, главным спикером Конгресса по данному вопросу стал в 30-е годы политолог Нирад Чаудхури. Он считал главной заслугой современной армии формирование “чувства национального единства и патриотизма”. И “классный” принцип комплектования индийской армии этому противоречил, он препятствует развитию широкой национальной идентичности, выходящей за рамки касты, религии или региона, фактически консервирует “мелкие племенные, кастовые и религиозные лояльности”.

В годы Второй Мировой войны британцы столкнулись с исчерпанием ресурсов вербовки новобранцев из “воинских рас” – к концу войны в армии служило 30 % мужчин в возрасте от 18 до 30 лет среди догров, 30 % пенджабских мусульман, 36 % гархвалов, 45 % джатов и по 49 % пуштунов и кумаонов. Военный секретарь индийского вице-короля генерал-майор Г.Н.Молсворт подсчитал, что на основе текущей системы (даже с гуркхами) максимум можно было набрать 850 тысяч человек. А требовалось 2 миллиона.

Так что британцы вынуждены были пойти на создание новых пехотных полков (махарского, чамарского, ассамского, бихарского и других) и расширение вербовки за пределами традиционных территорий.

Весной 1941 года главком Индийской армии генерал-лейтенант Клод Окинлек запретил использование терминов “воинские расы” и “воинские классы”, провозгласив, что “нет никакой дискриминации в настоящее время в отношении определённых классов, и не будет в дальнейшем”.
Теория “воинских рас” была официально отменена, но практика отличалась.

Итак, британцы ушли из Индии, оставив в наследство армию, сформированную по “классному” признаку. Конгресс всегда видел в “классной” системе один из ярких примеров колонизаторского принципа “разделяй и властвуй”, в первые годы независимости активно обсуждались проекты реформирования армии на “мультиклассной” основе, перехода к формированию по принципу “одна провинция – один пехотный полк”.

Первый индийский главком генерал Кариаппа назвал теорию “воинских рас” “протухшей”, провозгласил, что “вербовка в армию открыта для всех классов”, что в армии “существует один-единственный класс – индийцы”. С большой помпой были сформированы ряд новых “мультиклассных” частей.

Но в целом “классный” принцип был сохранён. Прежде всего, потому, что его решительно поддерживал индийский офицерский корпус, генерал Джоянатх Чаудхури, “присоединитель” Хайдарабада и Гоа, главком в войне 1965 года, ведя в 50-е анонимно военную колонку в “Стэйтсмене” просто пел дифирамбы “классному” принципу.
Из всех многочисленных мемуаров индийских военных, начинавших службу до независимости, только один генерал-майор К.Палит (в воспоминаниях 1981 года) критиковал “классный” принцип.

И гражданские политики, работавшие в оборонной сфере (даже такой радикал как Кришна Менон), в итоге соглашались с военными. Ярче всего отношение выразил в интервью одному западному журналисту министр обороны Чаван – лично он не верит в такую штуку, как “воинские расы”, но то, что однородные боевые единицы, набранные из людей определённой местности, с одинаковыми обычаями и языком, эффективнее в пехоте и танковых войсках, это очевидно.

Из всех министров обороны только Джадживан Рао в начале 70-х пытался что-то сделать, но проиграл в столкновении с триумфатором войны 1971-го фельдмаршалом Сэмом Манекшавом.

Так что, вопрос формирования армии в итоге был оставлен на усмотрение самим военным. Ими “классный” принцип был поставлен под сомнение только однажды, на волне всплеска сикхского сепаратизма в середине 80-х годов. Летом 1984 года по личной инициативе начштаба сухопутных сил Аруна Шридхара Вайдьи в 8-ми “классных” полках было создано по одному смешанному батальону, которые в армии прозвали “вайдьевскими”.
Но в январе 1985 года сменивший Вайдью генерал Сундарадж приостановил дальнейшее создание новых батальонов. В 1992 году эксперимент был признан неудачным и к концу 1999-го “вайдьевские батальоны” были возвращены к прежней “классной” структуре.

Так что, как с удивлением уже в XXI веке констатировали западные исследователи, “этнолингвистический принцип формирования пехотных частей индийской армии за годы независимости не только не был размыт, но ещё более укрепился”.

C момента провозглашения независимости официальная статистика по этническому, лингвистическому, религиозном, кастовому и прочим составам индийской армии полностью отсутствует. Более того, на официальном уровне армейское руководство заявляет, что такой статистики просто нет.

Тем не менее, у сторонних наблюдателей нет сомнения, что подобная статистика ведётся – хотя бы для того, чтобы знать как хоронить в случае смерти. Другое дело, что сведения являются одним из главных секретов индийской армии (индийские военные, в принципе, очень любят секретить всё, что могут). И в случае необходимости информация предоставляется. Например, в 2000 году, отвечая на беспокойство маратхов по поводу состава “своего” полка Маратхской лёгкой пехоты, министр обороны Джордж Фернандес заверил их, что 86,13 % состава полка составляют маратхи.

Летом 2005 года, когда парламентская комиссия Сачара, исследовавшая вопрос представительства мусульман в различных госслужбах, запросила информацию у армии, глава кадровой службы генерал-майор К.П.Д.Саманта заявил, что “набор солдат от всех каст, регионов и религий производится на общих основаниях”, и что данные о такой принадлежности в армии не ведутся и не будут вестись впредь, чтобы не подрывать сплочённость и боевой дух вооружённых сил.

Комиссия Сачара пыталась обязать командование сухопутных войск дать информацию, но армию поддержали как конгрессистский министр обороны Прахаб Мукерджи, так и оппозиционеры из БДП. Итог дискуссии подвёл начштаба сухопутных войск Джогидер Джасвант Сингх в феврале 2006 года:
“Мы никогда не смотрим на такие вещи, как откуда вы, на каком языке говорите или какую религию исповедуете. Такова наша неизменная политика. Мы аполитичная, светская и профессиональная сила”.

В общем, армейское командование повторило всё то, что говорит на протяжение всей истории независимой Индии.
На запросы министерство обороны и командование неизменно отвечают общими словами, что армия открыта для всех, и нет никаких особых кастовых и религиозных резервирований. На вопросы же о “классных полках” отвечают, что по историческим причинам и правда некоторые старые полки сохраняются, но в любом случае сейчас туда могут вербоваться все желающие.

Попытки же обвинить армию в судебном порядке (наиболее громким было дело доктора Ядава в Верховном суде в 2014 году) заканчивались ничем, ибо судьи под административным давлением закрывали дела, чтобы “не разжигать межконфессиональную и межэтничекую рознь”.

Какова же современная практика набора в индийскую армию? Официально при наборе в армию используется принцип вербовки 10 % мужского населения призывного возраста (от 17 до 25 лет) каждого штата или союзной территории. Исследователи указывают, что данный принцип применяется только к 30 % подразделений, не имеющих закреплённого “классного” состава.

В отношении остальных 70 % действуют всё тот же “классный” принцип формирования. Наибольший процент новобранцев дают всё те же традиционные рекрутинговые зоны бывших “воинских рас” – маратхские районы вокруг Пуны, догрские районы Джамму, Раджастан, горные регионы Химачал-Прадеша и Уттаракханда, округ Дарджилинга (откуда много горкхов), джатских и сикхских районов Пенджаба, Харьяны и (для джатов) западной части Уттар-Прадеша. Три дистрикта Пенджаба (Тарн Таран, Гирдаспур и Хошиапур), в которых проживает 0,5 % населения Индии, дали в 2008 году армии больше солдат, чем штаты Гуджарат и Западный Бенгал вместе взятые (12,5 % населения Индии).

Конечно, армия становится более сбалансированной, и сейчас официально Бихар даёт больше новобранцев, чем Химачал-Прадеш, а Уттар-Прадеш – больше чем Пенджаб. Однако, это очень индийские цифры.

Дело в том, что немало молодых мужчин из Харьяны, Химачал-Прадеша и других традиционных рекрутинговых зон, где предложение превышает спрос, регистрируются в других штатах, таких как Бихар и Уттар-Прадеш, и уже оттуда вступают в ряды вооружённых сил. В местах проживания “воинских рас” обычны объявления типа “за 10 тысяч рупий сделаем регистрация в соседнем штате”. Индийские газеты приводят данные, что до трети новобранцев армии вступают в её ряды по таким фальшивым регистрациям.

Так что “классный” принцип формирования индийской армии, пусть и в немного сглаженном виде, продолжает существовать.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>