Критские партизаны

Юзер major-colville делится интересным в двух частях:

О том, как доблестный критский муж Георгиас Цицикас сбил самолет из пистолета-пулемета во время битвы за Крит я уже писал. Раз уж зашла речь о критских партизанах, то на примере его мемуаров «Свобода и слава» можно увидеть еще немало интересных «Особенностей национального партизанства» на Крите.

Петракогиоргис. Один из партизан позади – автор книги.

 

После окончания битвы за Крит, в конце мая или начале июня 1941г все, кто не погиб, рассеялись по окрестностям, и Цицикас, судя по пробелу в своей книге, «лег на дно» в своей деревне почти на год. В апреле 1942г. он встретил Петракогиоргиса.

Петракогиоргис — Георгиос Эммануил Петракис, родился в 1890г. Сражался во время Балканских войн. Женат, родил 7 детей. Был авторитетным и уважаемым человеком на Крите, торговал цитрусами, кэробом (порошок, добываемый из засушенного боба рожкового дерева, используется вместо какао людьми, которым противопоказан кофеин) и тд. Построил и владел 2 мануфактурами (оливковое масло и то ли мыло, то ли черепица по разным данным). В 1941г., несмотря на возраст, сражался в Хании. Затем стал известным лидером (капитаном) партизанского движения, после капитуляции немцев на острове именно он стал комендантом столицы Крита- Ираклиона. После войны занялся политикой, неоднократно избирался в греческий парламент.

Цицикас знал Петракогиоргиса с детства, потому что зимние овечьи пастбища их семей были рядом. Тот спросил его — «Если хочешь, можешь стать андарти (партизаном)». Цицикас согласился.

К августу 1942г. их отряд насчитывал 8 человек. Семерых звали Гиоргисами и тезки подкалывали этим восьмого, по имени Манолис. Тот парировал — «Христа тоже зовут Манолисом, а он лучше всех на свете!» (Манолис сокращение от Эммануила).

Сыпя названиями гор и деревень, автор подробно описывает как они двигались и где разбили свой лагерь, в котором провели лето 1942г. Туда же пришел еще один отряд — из 5-6 человек под командой Бандуваса. Имена всех и кто кому кем приходится в обоих отрядах тоже приводятся — для патриархальной деревни это все важно, плюс некотрые из них стали известны по местным меркам, мы же списки баласкогиоргисов, никосов, катсифарисов и тп пропустим.

В этом лагере они провели все лето. Затем на них вышли англичане в лице знаменитого начальника критского отделения УСО Тома Данбабина. Петракогиоргис приказал Цицикасу отвести английского офицера в деревню Геракари для встречи с местным контактом, а отряду сменить место тайного лагеря.

Гиоргис Цицикас провел Данбабина к окраинам Геракари, но сам в деревню не пошел, потому что у него было «семейное дело» (т.е. вендетта). Проведя пару дней у себя дома, Цицикас пошел на новое место встречи в Капрани. И вновь Цицикас пишет: «У меня было семейное дело, не буду называть имен, но я получил весточку там в Капрани, что наши враги семьи хотят похитить одну из моих сестер, чтобы принудить нас к соглашению. Мне пришлось вернуться домой  в свою деревню, потому что мы не могли принять такие условия».

(Уже после войны с Петракогиоргисом тоже произошло «семейное дело». В 1950г. его третья дочь, 22-летняя Тассула, была похищена бывшим андарти, героем войны и из семьи политических противников Петракиса. Тайно обвенчавшись , «Ромео» и «Джульетта» сбежали на самолете в Афины, а на Крите было введено военное положение, ибо сторонники обоих семей были готовы взяться за оружие).

Поэтому выброску оружия и припасов на парашютах в октябре 1942г. Цицикас пропустил. Когда он все же присоединился к своему отряду, то узнал целую историю.

Бандувас попытался захватить сброшенный груз, заявив, что он лидер, и разделит его со своими андартес. Но Том Данбабин сказал, что это собственность английской службы, и он сам будет раздавать припасы кому посчитает нужным. Бандувас решил убить англичанина. Но тут вступил Петракогиоргис — «Во имя Бога, брат! Зачем ты режешь себе и нам глотки, вместо того чтобы соблюдать общую пользу?» Другие тоже выступили против, и Бандувасу пришлось отступить. Отряды разделились, и больше Петракис и Бандувас не объединялись. Последний ушел позже в горы Лассити с Подиасом, а тот потом тоже его бросил и создал свой отряд, под эгидой ЭЛАС.

Вот, кстати, как увидел героев прошлой заметки сам Том Данбабин.

«Бандувас, крупный решительный импульсивный овчар с огромными усами, как какой-нибудь сталинский маршал; Петракогиоргис, высокий человек со светлой (в переносном смысле) головой, ухоженной бородой и пронзительным взглядом голубых глаз; и Сатанас (прозвище Антониоса Григоракиса), типаж капетаниоса (капитан, атаман, вождь) старых времен, в старинном костюме, галифе, богато украшенном синем плаще, со старым турецким маузером в серебре —  с бляшками, Святым Георгием и украшениями, который был ему дороже жизни. Он получил свое прозвище в 16 лет, когда поднял свою деревню на борьбу с турками, и с тех пор участвовал во всех заварушках на Крите». Прозвище он получил, потому что казался неуязвимым и заговоренным от пуль. Правда, однажды, крупно проигравшись, он вытащил револьвер и прямо в кафе Ираклиона сам отстрелил себе палец со словами «Никогда ты больше не будешь бросать кости».

Э. Бандувас с телохранителями.

Еще одна фотография Бандуваса.

Но вернемся к мемуарам Цицикаса. С кровной местью и родственными связями мы уже встречались, теперь увидим разборки между союзниками, плюс немного мистики.

В феврале 1943г. его отряд  спустился с гор, чтобы эвакуировать английских солдат, семью Петракиса и больных на Ближний Восток. Но путь к отступлению был отрезан, и Петракогиоргису пришлось уплыть тоже, с небольшой группой своих людей. Цицикаса,  как и многих других, там опять не было, и он узнал подробности позднее.

На Ближнем Востоке Петракис встретился с американским полковником греческого происхождения А.Меласом из УСС. Тот предложил сотрудничество в борьбе с немцами. Англичане узнали об этих связях и попытались помешать, они не хотели проникновения американцев на Крит. Но Петракогиоргис решил иначе,он и сам не особо доверял англичанам, никогда. Он конечно тесно сотрудничал с ними, но только потому, что они оставались единственной силой, способной помочь на том этапе. Почему бы не получить и еще помощь?

В общем, он дал УСС имена (адреса, пароли, явки)) своих партизан, а взамен  его  пригласили на склад и предложили выбрать все, что он пожелает, потом это выбросят на Крит с самолета. Так позднее рассказывал он лично Цицикасу. Вместо армейских ботинок он выбрал шкуры и отрезы кожи, чтобы сшить самим критскую удобную обувь.

В середине июня (на самом деле 7 июня) 1943г Петракогиоргис вернулся из Каира и вновь собрал свой отряд. Трудно было найти пищу и двигаться по горам, поэтому андартес разделились и перемещались малыми группами от 8 до 15 человек. (опять на страницу следуют подробные описания названий мест, где они скитались, и имен).

В середине августа должна была произойти обещанная выброска советников и грузов, и партизаны выдвинулись в запланированный район. Но тут стали попадаться следы немцев, а однажды послышались выстрелы. Через некоторое время на отряд вышли пара человек. Они охотились на зайцев, и когда стали проверять силки, были обстреляны немцами. Один был ранен.

Зайцев обжарили, но сохранили до праздника Успения Пресвятой Богородицы 15 августа, ибо постились. Однако выброска так и не произошла, никто не прилетел. Петракогиоргис окончательно понял, что англичане не хотят пускать конкурентов.

Так тянулось время несколько месяцев. До 15 августа постились. Петракогиоргис постоянно говорил своим людям, что они вступили в патриотическую и религиозную борьбу, и сражаются не только за свободу Крита, но и за веру православную. Поэтому партизаны попросили настоятеля монастыря Врандисси причастить их. С ним пришел певчий, а обряд проходил в небольшой пещере, по соображениям безопасности не близко от лагеря. Это было в пятницу, 13 августа 1943г.

«В субботу мы купили, я подчеркиваю, КУПИЛИ,  козла у Генариса, потому что Петракогиоргис никогда ни сам не ел, ни хотел иметь дела, ни чтобы мы были как-то замешаны, с краденными животными. Козла убили, свежевали, сполоснули, положили в мешок и повесили на дерево, чтобы он не испортился за ночь. 

Утром, с первыми лучами солнца, мы встали и, по обыкновению, стали рассказывать свои сны. Баласкас, умевший их толковать, сказал: «Не есть нам козла, стервятники склюют его, а мы сразимся прежде, чем закончится день».

Он рассказал, что ему приснились грецкие орехи, или что-то типа того, не помню уже точно. И не успел он рассказать, что он видел во сне, как прибежали Псарокостас с Билиосом, из Питсидии; прибежали и рассказали, что мы окружены немцами и что они видели у них собаку». 

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>