Оружие Первой мировой: Цеппелины

Первый налёт цеппелина на Лондон.

The Zeppelin hovers over Westminster in 1915. Photo: Channel 4

Бомбардировочная авиация в начале Первой мировой войны пребывала в зачаточном состоянии и была далека от будущих безграничных возможностей стирать с лица земли целые города, такие как Герника, Роттердам, Сталинград, Дрезден или Хиросима. Война, в которой солдаты убивали солдат противника, столетиями считалась делом достойным и благородным, но целенаправленно уничтожать гражданское население с задачей подорвать экономическое и военное превосходство противника – этот шаг в военной эскалации был сделан в войне 1914-го года и машина тотального уничтожения пусть со скрипом, но была запущена.


1. Немецкое господство в воздухе.
Германия в начале войны являлась лидером дирижаблестроения, обладая оружием, способным наносить урон противнику, тот же не обладал возможностями отразить или нанести ответный удар. Ещё до войны страна сделала ставку на цеппелины, которые в те годы обладали не меньшими возможностями, чем аппараты тяжелее воздуха, собранные из фанеры, ткани и проволоки. Дирижабли того времени лишь ненамного уступали самолётам в скорости, могли нести многочисленные пулеметы, несколько тонн бомбовой нагрузки и имели солидный запас прочности. Обнаружить бесшумно двигающийся в ночном небе дирижабль было непросто, а набор высоты позволял уйти из-под зенитного обстрела на высоты, недоступные артиллерии противовоздушной обороны того времени. Взрывоопасный водород, заполнявший баллоны, делал экипажи дирижаблей потенциальными смертниками, однако, вопреки очевидному, его не так-то просто было поджечь, используя стандартные пули и шрапнель; смертельная для цеппелинов комбинация разрывных и зажигательных снарядов была принята на вооружение только в 1916 году.
2. Цеппелин L 13, серия «Р».

С началом войны на заводах Цеппелина стали лихорадочно строить новые военные дирижабли, они превратились в огромные военные предприятия. Если до войны было построено 25 аппаратов, то, начиная с 1914-го, количество боевых машин приблизилось к 90, ещё 5 были заложены, но не достроены. В 1915 году надежды возлагались на новый тип воздушных кораблей, серию «Р» – большего размера и объёма, более скоростных и совершенных.
Именно к таким дирижаблям принадлежал L 13, он выполнил 45 вылетов и 15 боевых атак на Англию, всего сбросив 20 667 кг бомб.

Тактический номер: L 13
Производственный номер: LZ-45
Класс: Type P
Назначение: Военный
Первый полёт: 23 июля 1915 года
Длина: 163,5 м
Высота в максимальном сечении: 25,787 м
Ширина в максимальном сечении: 21, 962 м
Объём газа: 31 900 куб. м
Двигатели: 4 шт. Maybach HSLu по 240 л. с. каждый
Масса 21 470 кг
Максимальная скорость 97 км/час

Верхняя часть фюзеляжа цеппелина со стрелковой установкой. Это платформа с двумя крупнокалиберными пулеметами, виден вход в лестничную шахту, соединённую  с килевым коридором. Колевой коридор военного дирижабля,
находившийся в нижней части корпуса.

Рулевая рубка и вооружение дирижабля, музей Musée de l’Air et de l’Espace.

3. День стратегической авиации.
Германия начала воздушные операции против территории Британских Островов 19 января 1915 года, эту дату можно считать днем рождения стратегической авиации. Впервые в практике боевых действий немецкие цеппелины атаковали военные объекты в глубоком тылу врага, на территории Британских островов, ранее считавшейся абсолютно недоступной для нападения с моря или воздуха. Однако Лондон первое время был исключен из списка целей для атаки: кайзер Вильгельм II был любимцем своей бабушки, покойной королевы Виктории, а царствующий король Георг V был, как-никак, двоюродным братом кайзера – бомбить родственников до поры-времени считалось неприличным.

Только в мае 1915 этот запрет был отменен и германские дирижабли – как армейские так и флотские, получили высочайшее разрешение и безграничную возможность бомбить британскую территорию. Пусть ущерб от таких налётов был минимальным, однако германское командование считало их эффективными экономически, для противодействия воздушным рейдам на тылы британцы будут вынуждены снимать с фронта зенитные орудия, прожекторные установки, истребители и тысячи обученных солдат. Кроме того предполагалось, что бомбардировки негативно скажутся на боевом британском духе, а мероприятия по затемнению, эвакуации и воздушные тревоги, даже ложные, будут создавать перебои в работе фабрик и заводов.
Повод для атаки на Лондон создали французы, 20 июля они произвели бомбардировочный налет на пограничный город Карлсруэ. Город отмечал праздник тела Христова и на улицах было полно народу, погибли 110 и были ранены 123 человека, одна из бомб угодила на площадь, где дети давали театрализованное представление. Реакция всей Германии была ужасной, даже французские газеты отметили, что этот бесчеловечный акт «станет прелюдией к будущим кровавым кошмарам». Большая воздушная война против Англии началась.
4. Курс – Лондон.

Цеппелины L 13 (LZ-45),  L 12 и  L 10 (LZ-40) во время рейда на Британию,  1915 год. Вид из задней гондолы во время рейда группы цеппелинов на Лондон.

8 сентября 1915 года четыре цеппелина вылетели из ангаров Вильгельмсхафена в два часа дня, L 9 направился в Скиннингроув (Skinningrove), расположенный на северном побережье Англии, к заводу для производства бензола, соединение в составе L 11, L 13 и L 14 взяло курс на Лондон. L 11 прервал полет из-за неисправности и был вынужден вернулся на базу, оставшиеся в 20.30, раньше предполагавшегося срока, прибыли к побережью Британии. Почти час дирижабли маневрировали у побережья, дожидаясь сумерек, впрочем, это дало возможность экипажу отдохнуть. При подлёте к Норфолку у L 14 возникли проблемы с двигателями, он сбросил бомбы на Ист-Дерхем и развернулся обратно.
5. Из моряков – в лётчики.
Командиром L 13 был 32-летний капитан-лейтенант Генрих Мати (Heinrich Mathy), бывший командир эскадренного миноносца, перешедший служить в авиацию с момента создания Дивизиона воздушных кораблей, это был один из самых опытных и способных офицеров подразделения. Он не знал, что остался в одиночестве, вся летящая группа соблюдала режим радиомолчания. Цеппелин взял курс на британскую столицу, на борту он нес почти две тонны смертоносного груза: 55 зажигательных 5-килограммовых бомб, 14 фугасных 100-килограммовых и техническое новшество, впервые использованное в рейде – тяжелую 300-килограммовую фугасную бомбу.

Командир L 13 капитан-лейтенант Генрих Мати в рулевой рубке. Вид рулевой рубки военного цеппелина снаружи.

6. «Горшки на кухне».
Ярко освещённый Лондон беспечно раскинулся внизу, L 13 обогнул город так, чтобы подойти к нему с севера, миновав Кембридж, и нанести удар с наименее ожидаемого направления. К удивлению экипажа, британские посты наблюдения не заметили ни пересечение цеппелином линии побережья, ни многочасового полета над английской территорией. Дирижабль набрал высоту в 2800 метров, командир хотел исключить любую вероятность поражения дирижабля шальным снарядом. Хронометр в рулевой рубке L 13 показывал 22.49, погода была идеальна, луна, главный виновник обнаружения серебристого гиганта, превратилась в узкий серп, и цеппелин продолжал по-прежнему оставался незамеченным, что позволило командиру не спеша выбрать цели: Генрих Мати до войны не раз бывал в британской столице и неплохо в ней ориентировался. «Главное – не торопиться, – инструктировал командир свой экипаж. – Раз уж мы забрались в королевский дворец, то надо как следует побуянить в тронном зале, а не колотить горшки на кухне».
7. Свидетельство члена экипажа.
Что происходило дальше, описал старший механик L 13, находившийся во время бомбардировки в рулевой гондоле цеппелина:
«Самую большую бомбу мы сбросили с высоты примерно в два с половиной километра. К сожалению, в цель она не попала, но даже с той высоты, на которой находился L 13, можно было разглядеть чудовищный масштаб разрушений, вызванных взрывом 300-килограммового монстра. Целый городской квартал превратился в груду обломков и щебня. Через несколько секунд на этом же месте начал разгораться пожар, охвативший затем всю центральную часть Лондона. Эта картина казалась нам совершенно фантастической, и буквально весь экипаж словно завороженный застыл у иллюминаторов гондолы. И вдруг — резкий свет, ослепительный, как удар по глазам. Это зенитный прожектор поймал нас в свой луч. Когда ко мне вернулось зрение, на фоне огненного ковра, застилавшего Лондон, сквозь слезы я разглядел странные темные шарики, которые как бы подплывали к дирижаблю все ближе и ближе, другие члены команды L 13 с неменьшим интересом разглядывали эти штуки, пытаясь понять, что же все-таки это такое. Внезапная догадка пронзила меня, словно электрический ток. Шрапнель! И действительно, это были разрывы зенитных снарядов, медленно, но верно приближавшиеся к нашему воздушному кораблю, в оболочке которого находилось 35 000 кубометров водорода.
Видимо, я не один был таким догадливым — кто-то в рубке заорал не своим голосом: «Пора сматываться отсюда к чертовой матери!» Этот призыв был поддержан другими членами команды с большим энтузиазмом, но наш командир казался абсолютно безразличен к этим воплям. Он приказал сделать еще один круг над центром, чтобы подыскать цель для последних двух фугасок. Генрих Мати был спокоен так, будто он находился не под обстрелом на мостике цеппелина, а сидел в прогулочной лодке, выбирая на берегу самое удобное место для пикника. Да, черт возьми, такого командира дирижабля надо было еще поискать!
Оставшиеся бомбы мы сбросили на железнодорожную станцию. Удар был точным — вверх полетели рельсы, обломки пакгауза и двух больших автобусов, стоявших перед зданием вокзала. Разглядеть эти подробности не составляло никакого труда — по улицам Лондона текли огненные реки пожаров, вызванных нашими зажигалками.

Цеппелин LZ-47, серия «Р», аналогичный L 13.

Наконец-то Мати успокоился: все, что мог, он уже сделал. Бомбы закончились, пришло время выходить из боя. Он приказал дать полный ход и увеличить высоту полета до трех с половиной километров. Эта предосторожность была явно не лишней — зенитные снаряды начинали рваться в опасной близости от дирижабля, и достаточно было маленького раскаленного осколка, чтобы L 13 превратился в погребальный костер для всех шестнадцати членов его команды. Парашютов мы с собой никогда не брали. Во-первых, они были еще слишком ненадежны, а во-вторых, тяжелые и громоздкие ранцы «съедали» драгоценные килограммы полезной нагрузки. Вместо них мы либо грузили лишнюю пару-тройку бомб, либо заливали несколько десятков литров горючего.
Когда горящий Лондон остался позади и я смог перевести дух, то с удивлением обнаружил, что несмотря на зверский холод, который царил в продуваемой всеми ветрами гондоле, пот буквально катится с меня градом. Слаженный рев «Майбахов», за которыми я неусыпно следил во время всего пути, успокаивал, вселяя надежду на благополучное возвращение домой. Те 12 минут, которые мы провели над центром британской столицы, показались мне вечностью. Целых 10 часов понадобилось L-13 чтобы пересечь Северное море и добраться до своего эллинга. Подвахтенные забрались в свои подвесные койки и захрапели. Я же, отстояв две вахты, буквально валился с ног, но так и не смог сомкнуть глаз. Нервное напряжение было так велико, что несмотря на смертельную усталость, сон не шел ко мне».
8. Бомбардировка.
300-килограммовая бомба взорвалась в районе Smithfield Market, она разрушила несколько зданий и убила двух человек. Часть фугасных и зажигательных  бомб угодила в текстильную фабрику и склады к северу от Собора Святого Павла, сам собор чудом не пострадал – 150-кг бомба взорвалась на соседней улице. Возникший пожар был такой силы, что несмотря на присутствие 22 пожарных машин, он продолжался до утра.

Цеппелин над Piccadilly Circus,
8 сентября 1915 года.
Прожекторы ПВО Лондона, 1915 год.

Только после этого британцы, наконец, осознали, что находятся под воздушной атакой, были включены зенитные прожекторы, 26 зенитных орудий открыли огонь, однако в панике никто не догадался выключить уличное освещение. В воздух поднялись шесть аэропланов: однако, ни один из них обнаружить виновника бомбёжки не смог, в придачу один из самолётов разбился при посадке.
Цеппелин повернул на восток и направился к центру города, его следующей целью было зданию Национального Банка. В этот момент дирижабль оказался на несколько секунд в луче прожектора, теперь огонь зенитных орудий стал прицельным. Хотя прожекторы быстро потеряли дирижабль, командир решил не рисковать, приказал сбросить остальной бомбовый груз и уходить. Удар пришёлся по Ливерпульскому вокзалу, две бомбы не попали в само здание и угодили в стоящие на площади омнибусы, наибольшее количество жертв находились в них. Избавившись от груза бомб, L 13 набрал высоту в 3000 метров и ушел в сторону моря.
9. Последствия рейда L 13.

Постамент одного из сфинксов у «Иглы Клеопатры» на
набережной Виктории, разрушенный сброшенной бомбой, 1915 год.
Магазин на Ливерпулл Стрит после рейда
цеппелина 8 сентября 1915
года.

Разрушения на Олбэни Роуд. Бомба полностью разрушила 3 здания и повредила 12. Воронка по Лесли Парк Роуд, 33, после более позднего налета цеппелинов 13-14 октября 1915 года.

Для британской противовоздушной обороны последствия казались удручающими, вражеский цеппелин сумел незамеченным проникнуть в воздушное пространство Британских островов, добраться до столицы и нанести по ней безнаказанный удар. Через неделю после налета на Лондон британское Адмиралтейство выпустило секретный меморандум о положении дел с защитой Англии от вражеских цеппелинов, скоро по каналам немецкой разведки документ попал в штаб Дивизиона воздушных кораблей, его содержание сводилось к следующим пунктам:

  • Одиночный рейдер за 12 минут нанес столице Британской империи ущерб, сопоставимый с потерями в крупной военной операции;
  • Нападение было абсолютно внезапным, силы противовоздушной обороны не подозревали о присутствии цеппелина до тех пор, пока первые бомбы не начали рваться на улицах города;
  • Расчеты прожекторных установок производили поиск дирижабля совершенно хаотично и не могли удерживать его в луче дольше нескольких секунд, обязательное затемнение Лондона по ночам беспечно не вводилось;
  • Наводчики зенитных орудий не смогли определить высоту полета L 13 и его курс, несмотря на то, что цель находилась в зоне эффективного огня около 15 минут, сами 12-фунтовые зенитные орудия имели прицельный потолок не более 2000 метров. Падающая от разрывов собственных зенитных снарядов шрапнель нанесла ущерб и вызвала панику в городе;
  • Истребители-перехватчики так и не были подняты по тревоге, самолеты не были оборудованы для ночных полетов, когда они, наконец, взлетели, то время набора необходимой для атаки высоты было слишком долгим, чтобы догнать и атаковать цеппелин;
  • В случае нападения на город нескольких дирижаблей, количество жертв и разрушений возрастет в несколько раз, а вероятность их перехвата заметно снизится из-за того, что силам ПВО придется бороться с несколькими целями одновременно;
  • В ближайшее время следует ожидать активизации действий немецких цеппелинов и повышения эффективности налетов, так как на вооружение воздухоплавательных частей должны поступить корабли улучшенной конструкции, с большей бомбовой нагрузкой, скоростью и высотой полета.

Члены экипажа цеппелина  рядом с бомбами и последствия их применения в столице Великобитании.

В результате рейда, в британской столице погибло 22 человека и 87 были ранены. Сама бомбардировка удручающим образом сказалась на настроениях жителей Лондона: внезапная атака без предупреждения и беспомощность противовоздушной обороны вызвали панику и страх. Общий материальный урон одного налёта единственного цеппелина составил 534 287 фунтов стерлингов (в современных ценах – приблизительно 23 миллиона фунтов), эта сумма была более одной шестой всего ущерба, причиненного Великобритании всеми бомбардировками во время войны.

Воронка на Ливерпул Стрит в Лондоне после рейда 8 сентября 1915 года. Ресторан по Элдгейт Хай Стрит, 76-77, после налета
в ночь на 13-14 октября 1915.

Помещение офиса в лондонском деловом районе Сити,
после атаки цеппелина 8 сентября 1915 года.

10. «Кролик перед удавом».
Американский репортер А. Шеферд, ставший свидетелем случившегося, так описал случившееся в своём репортаже:
«…Все движение на улицах замерло. Тысячи людей провожали глазами продолговатый силуэт цеппелина, так мирно плывущий среди осенних звезд. Время от времени лучи прожекторов касались боков несущего смерть корабля, и тогда его корпус начинал светиться лунно-желтым светом. Город сотрясали разрывы бомб. Смерть и разрушение пришли в Лондон. Отчаянно лаяли зенитки, пытаясь поразить шрапнелью неуязвимого врага.
— Ради всего святого, не делайте этого! — услышал я рядом испуганный шепот. Один человек умолял другого погасить спичку, от которой тот пытался прикурить. И тут я вдруг обратил внимание, что люди вокруг меня боялись открыть рот! Они разговаривали только шепотом, словно неосторожный, громкий звук мог достигнуть ушей тех, кто управлял цеппелином, и новая порция бомб тотчас же обрушилась бы на голову болтуна и заставила его замолчать навеки.
В эту ночь самый большой город на Земле превратился в поле битвы, причем англичанам приходилось сражаться и за те семь миллионов мирных мужчин, женщин и детей, что до сих пор не подозревали, какую опасность таит в себе лондонское небо. Одинокий дирижабль заставил целый город сжаться в ужасе, как кролик перед удавом. На четверть часа война вошла в жизнь каждого лондонца».

Неразорвавшаяся бомба, сброшенная с цеппелина
                 2 апреля 1915 года.
Мемориальная доска, посвящённая рейду L 13
на Лондон 8 сентября 1915 года.

Британский плакат времён Первой мировой войны: «Лучше вдали встретить пули в лицо, чем быть убитым дома бомбой. Вступай в армию немедленно и помоги остановить воздушный налёт.
Боже, храни короля!»
Мотивирует, сразу хочется записаться в британскую армию.
                Плакат военного займа.
«78 женщин и детей убито и 228 женщин и детей ранены  в результате Германского рейда»

11. Самый гуманный способ завершить войну.
21 января 1915 года газета «Kölnische Zeitung», захлёбываясь от восторга, писала: «…наши Цеппелины вознесли огненную десницу возмездия над Британией. Надменная Англия трепещет, с ужасом ожидая новых неотразимых ударов. Самое совершенное оружие, созданное гением немецких инженеров, — дирижабль — способно поражать нашего врага в самое сердце! Око за око, кровь за кровь — только так будем обращаться с неприятелем. Это самый быстрый способ победно завершить войну, а значит, и самый гуманный. Сегодня Германия поздравляет графа Цеппелина, увидевшего триумф своего детища, и благодарит его за то, что своим талантом и верой он подарил нашей стране чудо-оружие, подобного которому нет и не будет у англичан».

«В сердце Англии!»
Немецкая пропагандистская продукция Первой мировой войны.
Налёт цеппелина на Кале, немецкая почтовая карточка, 1915 год.

Памятные знаки для экипажа военного (в футляре, производитель C. E. Junker и вверху справа) и морского дирижабля (внизу справа).
ПЕРВЫЙ БОЙ САМОЛЁТА С ЦЕППЕЛИНОМ: http://hanzzz-muller.livejournal.com/90794.html

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>