По замкам Тернопольщины. Скалат

Из Збаража поехали проведать близлежащий (около 20 км) Скалат, где также есть замок. Кругаля по трассе (то есть маршрут Збараж – Тернополь – Скалат) решили не давать, а поехали по навигатору (Збараж – Стрыевка – Романовое село – Колодиевка – Скалат). Прокатились по полям и тропам, конечно, посредине пути повалил снег – в общем, немного впечатлений получили.

И вот он замок.

IMG_20210105_133145

На сегодня сохранилось 4 башни и остатки стен. Замок отрестариврован, хотели даже стены поднять, но местные жители были против, так как вырастет нагрузка на грунт, что может как-то повлиять и на коммуникации.

Пройдемся по территории замка.

IMG_20210105_133111

IMG_20210105_133207

IMG_20210105_133219

IMG_20210105_133222

IMG_20210105_134406

IMG_20210105_135344

Виден Костел Успения Божьей матери.

IMG_20210105_135707

IMG_20210105_140804

IMG_20210105_135709

Вообще о Скалате я впервые прочитал все в той же книге "Люди с чистой совестью", П.П. Вершигоры:

"Среди убитых ротой Карпенко фашистов был труп коменданта щуцполиции города Тернополя. Его документы, а также солдатские книжки других фашистов, дополненные показаниями пленных, открыли перед нами картину происшедшего. Узнав о подрыве железнодорожного моста партизанами, комендант Тернополя по тревоге поднял гарнизон.

Погоня, пожалуй, и перехватила бы наш батальон на марше, но грязь, препятствовавшая до этого, теперь была нам полезна. Машины буксовали, и автоколонна немцев не успела перерезать путь четвертому батальону. Но все же комендант Тернополя догнал батальон Подоляко почти у Скалата. Перестрелку между ними мы и слыхали около полудня.

Заметив, что партизаны скрылись в роще и что их не особенно много, ретивый комендант решил обойти лесок и внезапно ударить с другой стороны. Он вернулся в Скалат, поднял весь гарнизон и двинулся на лес как раз с той стороны, где заставу держал Карпенко. Дальнейшие события развивались совсем не так, как ожидали фашисты. Да и не по нашему плану.

Не напорись тернопольский комендант на третью роту, мы и не думали бы трогать городишко. Увлекшийся контратакой Карпенко захватил Скалат. Третья рота вернулась лишь перед заходом солнца.

Павловский умолял командира и комиссара задержаться хотя бы на час. Он захватил несколько грузовиков, на которых приехали немцы из Тернополя, нагрузил их сахаром, мукой, мануфактурой и гнал это добро в лес. Хозяйственное сердце старика трепетало при мысли, что все это ускользнет из его рук. Но продовольственные и вещевые склады Скалата были велики, и даже при мертвой хватке Павловского использовать их для отряда полностью мы не смогли бы. Пришлось помпохозу раздать большую часть добычи населению. Вначале брали неохотно, опасаясь, по–видимому, расправы немцев. Но лишь сгустились сумерки, все, что было в немецких складах, жители вмиг растащили по домам.

— Народ, як море, все снесет, — мрачно и завистливо заметил Павловский по этому поводу.

— А тоби що, жалко? — спросил Ковпак.

— А то как же? — удивился тот. — Когда еще так повезет? Конешно, жалко. Остались бы до ранку, я бы все чисто вывез… и сахар… и…

— Иди ты к черту со своим сахаром! Базыма, давай команду! Трогаем… Не лезь ко мне зараз со своей горилкой… Я шо сказал — не лезь!..

И голубая литровка хряснула о пень, отозвавшись по лесу жалобным звоном и тихим смешком связных. Хлопцы любили втихомолку посмеяться над интендантскими «трагедиями» Павловского.

Но Скалат остался в нашей памяти благодаря еще одной случайности.

Каким–то чудом к лету сорок третьего года там уцелело еврейское гетто. Вернее говоря, остатки его. За колючей проволокой жили евреи–ремесленники: портные, сапожники, шорники. Немцы отсрочили им смерть. Они держали этих людей на голодном пайке, они заставляли их с утра до ночи работать на себя. Свыше трехсот человек, в том числе женщин, детей, стариков, выпустили из гетто на свободу бойцы Карпенко.

Следом за третьей ротой приплелась к нам в лес большая толпа оборванных, изможденных людей.

Появление их в лагере поставило нас в тупик. Мы прекрасно понимали, что если они останутся в городе, то на следующий же день фашисты перебьют их всех. Но брать этих несчастных с собой тоже не было возможности. Мы ведь были военной единицей, совершающей сложный рейд. Сможет ли выдержать трудности похода толпа слабосильных стариков, истощенных женщин? Марш — это ведь еще самое малое испытание. Но другого выхода не было.

Ковпак приказал Павловскому выделить из обоза несколько телег для слабосильных, а здоровым маршировать за колонной.

— Шо робыть з ними дальше, подумаем за ночь.

Эту новую заботу командир и комиссар оставили до следующей стоянки.

Колонна тронулась. За ней следом брели скалатские евреи. Мы спешили. Надо было к утру зацепиться за лес. Он узкой зеленой полоской тянулся с севера на юг вдоль берегов Збруча…

…На второй день наш отдых был прерван налетом немецких самолетов. Отряд уже немало дней шел, забыв об этом самом опасном для рейдового отряда враге. Поэтому и противовоздушная оборона в отряде хромала… Люди разболтались, перестали маскироваться во время стоянок. Естественно, что немецким летчикам легко удалось обнаружить нас.

Звено немецких самолетов — двухмоторных истребителей штурмовиков «Мессершмитт–110», сбросив бомбы, перешло на штурмовку. Затрещали по лесу малокалиберные снаряды, зафыркали скорострельные пулеметы, поливая кустарник и поляны огнем.

Сразу же после налета в санчасть начали прибывать раненые. Вначале мы даже удивились. Их было немного. Большинство из группы еврейского гетто, освобожденной нами в Скалате. Одетые в светлое, женщины демаскировали всю группу. После первой упавшей бомбы они стали метаться по лесу, чем и привлекли внимание самолетов.

— От мороки мени с бабами! Ну, що це за война, — неодобрительно качал головой Ковпак, проходя мимо санчасти.

Медсестры наскоро перевязывали стонавших женщин и детей.

Ковпак пришел в расположение беженцев. Они еще до сих пор не пришли в себя после бомбежки. Дед шел неровной походкой, опираясь на большую суковатую палку. В длинной своей шубе он был похож на попа.

Через несколько минут я услыхал в расположении беженцев из гетто команду его: «Становись!» Движимый любопытством, я подошел поближе.

Серия бомб, положенных немецкими летчиками, взрывной волной вырвала «под шнурочек» кусты, образовав длинную поляну. На ней в две шеренги было построено это довольно странное воинство. На правом фланге стояли древние старики в длинных лапсердаках. Позади — во второй шеренге — женщины. Некоторые держали за руки старших детишек. А на левом фланге — девчата. Вдоль фронта взад и вперед ходил старый командир, за голову которого фашисты обещали пятьдесят тысяч золотом, и, обращаясь то к одному, то к другому, спокойно и вразумительно говорил. Иногда он тыкал палкой в землю или показывал вверх, в небо. Люди внимательно и удивленно слушали его.

— …Вы слухайте, что я вам кажу. Это же не сопляк какой с вами разговаривает. Вот гляньте…

Он снял шапку, и пробившееся сквозь ветви солнце осветило лысину.

— Я поседел и полысел на войне. Кое–чего видел. И смерти в жизни своей насмотрелся — во, по самое горло. Так что можете положиться. Самый главный закон на войне — никогда не сигай от нее. Смело иди навстречу. Она тоже пугливая, смелых не берет. А самолет — это же дело не мудреное. Чего тут от него бегать? Ляжь — и лежи. Еще платочки всякие квитчастые, и юбочки, и тому подобное прикрыть надо. Как прикрыть? А очень просто. Веточку отломай и накройся.

Ковпак оторвал висевшую на одной кожуре перерубленную осколком ветку орешника и, подойдя к крайней девушке, взял ее за руку, отвел в сторону и поставил перед шеренгой.

— А вот теперь глядите. — Он дал ей в руки ветку.

Девушка взяла кривую, еще свежую ветвь и закрылась ею. По шеренге, недавно в паническом ужасе метавшейся по лесу, прошел шепот удивления и восторга. В рядах молодежи послышался смешок. Древние правофланговые евреи утвердительно и серьезно закивали бородатыми головами. Ковпак махнул рукой девушке.

— На левый фланг! — И она с веткой в руках побежала на свое место.

Победно оглядывая своих подчиненных, командир кинул свое любимое словцо: «Поняв? Ну, то–то». Затем снова пошел вдоль шеренги. Посмотрел на нее неодобрительно, подумал, опять пошел к правому флангу.

— Теперь вот какой у меня будет серьезный разговор. Мы люди военные. Идем на важные дела. Хоть жалко мне вас, а всех принять в отряд не могу. Каждый сам по себе пусть взвесит свои силы, примерится к этой военной жизни: по плечу она ему или нет. Решайте сами. Вот вам так прямо, по–честному, и ставлю вопрос. Кто хочет и может носить оружие — оставайся. Кто фашистов ненавидит — оставайся! Кто смерти не боится и жизнь свою за Отечество положить готов — оставайся! А кому не по силам или не по нутру это дело — не ходи с нами: так прямо и говорю — не ходи! Сейчас мы поможем всем оставшимся — разошлем по селам, у народа вас приютим. Харчей оставим. Но если в отряд поступишь, присягу приймешь, и тогда не выдержишь — на нас чтобы не был в обиде. У нас суд один для всех, кто бы ты ни был — русский или украинец, татарин чи еврей. Вот такой уговор! До вечера думайте. Посоветуйтесь со стариками. Перед вечером я к вам командиров пришлю. А теперь — р–ра–зойдись!

И, повернувшись по–военному, Ковпак быстро зашагал к штабу. Шеренга рассыпалась…"

Евреев в Скалате уже нет (но осталась еще здание синагоги), но по словам местных жили они вокруг замка.

Теперь заглянем внутрь башен (в две из них можно зайти) – там есть всякие выставки, как и в Збараже.

IMG_20210105_133340

IMG_20210105_133817

Всякие горшки-черепки…

IMG_20210105_133828

IMG_20210105_133854

IMG_20210105_134114

IMG_20210105_134241

Внутри башни под крышей.

IMG_20210105_134619

IMG_20210105_135450

IMG_20210105_135549

IMG_20210105_135606

IMG_20210105_135610

IMG_20210105_135819

IMG_20210105_135924

Найденные при реставрации фляги.

IMG_20210105_135952

IMG_20210105_140053

Есть и свое подземелье, правда без пыточной.

IMG_20210105_140310

IMG_20210105_140416

А впереди у нас сам Тернополь…

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>